Максима в речи это ошибки

У любого вашего высказывания есть значение и контекст, то есть оно выступает частью какого-то дискурса. И в двух разных ситуациях одно и то же выражение может иметь совершенно разные значения.

Значение слов и предложений

Понятие «значения» довольно давно изучается. Например, специалист по философии языка Пол Элбурн уделял крайне пристальное внимание значениям разных слов. Но тем не менее даже о значении самого термина «значение» в науке пока нет ответа, который бы на 100% всех устраивал.

В общем смысле значение слова – это его определение, но точное определение невозможно дать ни одному слову. Например, стол – это деревянная пластина, к которой прикреплены 4 ножки, но мы ведь знаем, что стол может быть и стеклянным и всего с одной ногой. То есть в определении любого слова будет то, что осталось за пределами нашего внимания. По этой логике выходит, что все статьи в толковом словаре заведомо неполные.

Но если нет возможности точно обозначить даже отдельные слова, как же понять, что означают наши фразы и предложения? Чтобы выяснить значение предложений, важно определить условия их истинности – то есть то, когда они правдивы, а когда неверны. И предложение, которое верно в наших условиях, может быть ложным в другой вселенной.

Эту теорию выдвинул немецкий логик и философ Готлоб Фреге. Он был убежден, что значения предложений вытекают из значений их составляющих, то есть – слов. В семантике это носит название принципа композициональности – значение фразы определяется значениями всех ее частей.

Например, если мы скажем, что «Иван Иванов хорошо знает английский язык», то эта фраза будет истинной только тогда, когда человек в действительности хорошо владеет языком.

Но если подняться выше, то правильнее будет анализировать не значения предложений, а скорее их роль в речи. Предложения не образуются в речи сами по себе, и когда мы думаем о языке, то часто воображаем его буквально как набор слов и правил, но этого мало. Для полноценного общения в обществе важно понимать, в каких условиях уместно применять ту или иную фразу, а в каких нет. И если бы у людей не было таких понятий, то полноценный диалог между ними был бы невозможен, потому что они бы не слышали друг друга и просто говорили бы совершенно не связанные между собой вещи.

Язык необходим нам в первую очередь для общения, значит, чтобы понять, какую роль играет значение в языке, нужно разобраться, как же оно в нем применяется.

Оси и правила диалога

Диалог – это общее действие как минимум двух людей. Можно даже сравнить общение с игрой, в которой есть свои правила. И все участники должны их соблюдать иначе игры попросту не будет. В случае общения крайне важен принцип кооперации. Каждый ваш шаг на протяжении всего диалога должен быть ровно таким, какого требует общая цель (направление) вашего диалога.

Важно следить за развитием диалога, то есть поддерживать его – не говорить лишнего и говорить все, чтобы вас правильно поняли.

В принципе кооперации выделяют сразу несколько правил:

• Максима качества – говори так, чтобы твоя фраза была истинной
• Максима количества – в высказывании должно быть достаточно информации, но не больше.
• Максима релевантности — высказывание должно быть уместным
• Максима способа – выражай свои мысли ясно

С одной стороны все описанные правила просты и логичны, а с другой – это не уменьшает их важности. Каждый из нас о них знает, но не каждый выполняет и имеет на это право. Описанные нами максимы это что-то вроде осей общения, от них вполне можно отклоняться, но общаться совсем без них невозможно.

Импликатуры

Мы разобрались, как устроена коммуникация, а теперь вернемся к понятию контекста, чтобы понять, почему одна и та же фраза может нести совершенно разный смысл. Дело здесь не в буквальном смысле, который несет фраза, а в импликатурах. Они возникают в речи, когда говорящий соблюдает правила или нарушает их.

Возьмем знакомое нам уже выражение «Иван Иванов хорошо знает английский язык». Если поместить эту фразу в резюме переводчика, то она будет нести только положительный смысл, поскольку рассказывает о преимуществах потенциального работника. Если же использовать ее в характеристике, к примеру, водителя, то эта строка и вовсе окажется неуместной, поскольку не касается непосредственных профессиональных навыков человека. Так происходит потому что во втором случае нарушается сразу несколько максим: о человеке рассказывают не то, что уместно и не дают никакой нужной информации.

Еще один пример: экскурсовод музея говорит посетителям: «В этом зале висит 8 картин Васнецова». Если в реальности картин 10, то экскурсовод соврал, а если их на самом деле 7, то по сути он сказал правду (ведь где 8, там есть и 7), но его фраза при этом звучит немного странно по причине импликатуры количества. В послании должно содержаться ровно столько информации, сколько нужно, но не больше. В этом случае мы получили лишнюю информацию.

Есть импликатуры, которые возникают только в строго определенных контекстах речи, как в истории про английский язык, а есть те, которые никак не связаны с контекстом, как в истории с картинами.

Чтобы правильно определять «подвох» и угадывать импликатуры, слушающему важно обладать определенными навыками:

• Знать обычное значение фразы, которую он произносит
• Знать о принципе кооперации и главных  максимах
• Понимать контекст высказывания оппонента
• Обладать определенными знаниями и опытом, чтобы отличить истинное высказывание от ложного
• Быть уверенным, что оппонент тоже обладает всеми перечисленными навыками и тоже следует правилам.

Наиболее важное качество импликатур – это их отменяемость. То есть ее можно отменить следующим же высказыванием. Если вернуться к характеристике водителя, то ее просто стоит сделать более развернутой и убрать предложение про знание английского. А в примере с музеем экскурсоводу стоило бы сказать: «В этом музее 8 картин Васнецова, но может быть даже больше».

В любом случае важно помнить, что порой наши слова и фразы значат гораздо больше того, что мы произносим и даже больше того, что мы в них вкладываем.

III . Общие принципы коммуникации. Максимы Герберта Грайса

И постулаты Джеффри Лича

В процессе речевого взаимодействия недостаточно знать только язык. Собеседники должны придерживаться определённых принципов, правил ведения разговора, которые позволяют координировать их действия и высказывания. Такие правила составляют конвенциональную (договорную) основу вербального взаимодействия. Большой вклад в изучение этого вопроса внесли философы, психологи и лингвисты, которых интересовали права и обязанности создателя речи и её адресата. Учёными сформулирован ряд важных организационных принципов речевой коммуникации:

1. Принцип последовательности, который предполагает релевантность (смысловое соответствие) ответной реакции, или ожидание реплики соответствующего типа: приветствие сопровождается приветствием, на вопрос должен быть дан ответ, просьба предполагает принятие или отклонение. Этот принцип требует закономерного завершения речевого фрагмента.

2. Принцип предпочитаемой структуры характеризует особенности речевых фрагментов с подтверждающими и ответными репликами. Исследователи отмечают, что согласие обычно выражается без промедления, предельно лаконично и ясно, а несогласие формулируется пространно, оправдывается доводами и, как правило, отсрочено паузой. Например, руководитель просит работника выполнить работу к завтрашнему дню. В случае согласия работник без промедления ответит: «Хорошо». А если он не согласен, то ответ будет: «Я бы с удовольствием. но знаете, я ещё не выполнил предыдущее задание, к тому же я неважно себя чувствую». Пауза в ответе служит своего рода индикатором нежелательных ответов и вынуждает руководителя дополнить реплику усиливающими доводами.

3. Принцип кооперации предполагает готовность партнёров к сотрудничеству. Этот принцип был сформулирован американским философом Гербертом Полом Грайсом в его работе «Логика и речевое общение» (1975). Принцип кооперации требует, чтобы каждый участник общения стремился к успешному завершению разговора. Под этим принципом Г. Грайс понимал четыре максимы (следствия из принципа кооперации), или четыре коммуникативных обязательства говорящего по отношению к адресату:

Максима количества призывает говорить только то, что необходимо, быть достаточно информативным для данной цели общения, но не быть более информативным, чем требуется;

Максима качества требует только правды, не говорить того, что является ложью, не утверждать того, что не может подтверждаться доказательствами;

Максима отношения (релевантности) призывает собеседников не отклоняться от темы, говорить по существу и только то, что относится к содержанию данного разговора;

Максима способа (манеры) касается не того, что говорится, а того, как говорится: следует изъясняться предельно ясно, избегать непонятных выражений, неоднозначности, быть кратким и организованным и не отклоняться от темы.

Принцип кооперации Г. Грайс понимает как своего рода договор, аналогичный нормам не только речевого, но и внеречевого поведения, и считает, что соблюдение этих максим может стать эффективным средством воздействия на собеседника и управления его поведением.

Максимы Г. Грайса углубляют представления о традиционных критериях речевой культуры (правильности, точности, уместности, выразительности, лаконичности). Они не тождественны этим критериям, потому что в основе максим Грайса лежат не только правила культуры речи, но и эстетические, нравственные и социальные постулаты. Как известно, в реальном речевом общении (и в разговорной речи, и в художественном тексте) максимы Грайса нарушаются: говорящий может обойти каким-то образом ту или иную максиму, может сознательно нарушить её в своих целях.

Каковы пути соблюдения максим Грайса в речевом общении? К примеру, соблюдение максимы отношения (релевантности) на языковом уровне отражается в повторении ключевых слов и использовании так называемых наречий неполной степени (минимизаторов): достаточно, довольно, несколько, немного, не совсем, мягко говоря, скажем так, если честно, признаться и т.п. («Ваше решение не совсем справедливо»). Нарушение этой максимы может привести к сбоям в коммуникации или даже к разрыву отношений партнёров. Как нарушается максима отношения, показывает пример: Пойдём в кино. – У меня завтра экзамен (вместо «Извини, не могу»).

Точность и ясность речи, её доступность, умение отразить мысль полностью, исключив её разное понимание, лаконичность и экономичность, вежливость – таковы требования максимы способа, которая может соблюдаться при условии владения языком на достаточно высоком уровне и при стремлении партнёров к последовательности, систематичности и аккуратности.

Соблюдение максимы количества вызывает некоторые трудности, поскольку выполнение требований информативности зависит от уровня знаний коммуникантов, их социального статуса и эмоционального состояния. Недостаточный объём информации или её избыточность при деловом общении могут привести к нарушению данной максимы и к прекращению деловых отношений. Примером нарушения максимы количества может служить высказывание В. Жириновского: «Политику нужно иметь лицо и уметь говорить! Я способен овладевать аудиторией – не каждому это дано. Я завораживаю зал. Люди хлопают на каждую хорошую фразу».

Если нарушена максима количества, то, как по цепочке, нарушается и максима качества. Это может привести к так называемому конфликту между должным и сущим: каждый из участников коммуникации стремится удовлетворить свои потребности, а при таких условиях не всегда удаётся вести себя должным образом. Стремление партнёров удовлетворить свои потребности приводит к нарушению нравственных норм. Считается, что в нормальном общении чаще нарушаются максимы количества, качества, способа, но сравнительно редко – максима релевантности (отношения).

Как видно из вышеизложенного, принцип кооперации Г. Грайса призван регулировать коммуникативную деятельность людей, прежде всего их социальное поведение. В максимах принципа кооперации Грайса подчёркивается важность соблюдения критериев речевой культуры (правильность, точность, уместность, выразительность и лаконичность), что немаловажно для успешной коммуникации. К сожалению, эти максимы не учитывают важнейшую особенность коммуникации, когда необходимо защитить «лицо» (self-image), что в речевой практике играет более значительную роль, чем принцип кооперации.

Чтобы сохранить лицо, коммуникант предъявляет партнеру ряд требований. При этом он отдает себе отчет в том, что у партнера такие же требования к нему. Отсюда вытекает, что «лицо» есть двусторонняя категория: 1) «негативное лицо» с требованиями свободы действия и 2) «позитивное лицо» с требованиями быть уважаемым, получать одобрение остальных. При учёте этих нюансов принципы Грайса требуют усиления вежливости как особой стратегии речевого поведения, направленной на предотвращение конфликтных ситуаций.

4. Принцип вежливости впервые был выдвинут американским исследователем Р. Лакофф (1973), которая формулирует его в виде трех правил: 1) не навязывай своего мнения; 2) давай собеседнику возможность выбора; 3) будь доброжелателен. Более детально принцип вежливости исследован Джеффри Личем («Принципы прагматики», 1983), который рассматривает вежливость как область риторической прагматики. Дж. Лич считает, что принцип вежливости в большей степени регулирует общение, чем принцип кооперации, поскольку поддерживает социальное равновесие и дружеские отношения между собеседниками.

Принцип вежливости Дж. Лича как особая стратегия речевого поведения реализуется в процессе речи с помощью различных правил и тактических приёмов, которые сам автор называет постулатами (лат. postulatum – требование или соглашение, принимаемое без доказательств). Позднее принцип кооперции Г. Грайса и принцип вежливости Дж. Лича сформировали «Правила прагматической компетенции».

Дж. Лич выделяет следующие максимы, или постулаты, принципа вежливости.

Максима такта гласит: «Своди к минимуму неудобство для адресата и доводи до максимума выгоды для адресата». Это – максима границ личной сферы. В идеале любой коммуникативный акт предусматривает определённую дистанцию между участниками. Следует соблюдать следующее правило: «Делать коммуникативную цель собеседника предметом обсуждения допустимо лишь в том случае, если цель эксплицитно (открыто) обозначена коммуникантом». Не следует затрагивать тем, потенциально опасных: частную жизнь, индивидуальные предпочтения, возраст женщины, уровень зарплаты, семейное положение, род занятий, оценку других людей и т.д.

Максима великодушия – это максима необременения собеседника, она предохраняет его от доминирования в ходе коммуникативного акта. Например, предложение должно быть сформулировано так, чтобы его можно было легко отложить, если партнёр не готов его принять. Не следует связывать партнёра обещаниями или клятвой. Коммуникативный акт не должен быть дискомфортным для участников общения. Дж. Лич предлагает: «Уменьшайте собственную выгоду, увеличивайте выгоду слушающего».

Максима одобрения – это максима позитивности в оценке других («Не судите, да не судимы будете»). Атмосфера, в которой происходит речевое взаимодействие, определяется не только позициями собеседников по отношению друг к другу, но и их картиной мира. Если оценка мира (позитивная или отрицательная) одного из собеседников не совпадает с оценкой мира другого собеседника, то это сильно затрудняет реализацию собственной коммуникативной стратегии. («Уменьшайте осуждение слушающего, больше хвалите»).

Максима скромности – это максима непринятия похвал в свой адрес. Одним из условий успешного развёртывания коммуникативного акта является реалистическая, по возможности объективная самооценка. Сильно завышенная или сильно заниженная самооценка может отрицательно повлиять на установление контакта с партнёром («Меньше хвалите себя, больше порицайте себя»).

Максима согласия указывает на неоппозиционность. Она предполагает отказ от конфликтной ситуации во имя решения более серьёзной задачи – сохранения предмета взаимодействия, «снятие конфликта» путём взаимной коррекции коммуникативных тактик партнёров. («Уменьшайте разногласия между вами и собеседниками, увеличивайте согласие»).

Максима симпатии – это максима благожелательности, которая создаёт благоприятный фон для перспективного предметного разговора. Неблагожелательность делает речевой акт невозможным. Определённую проблему создаёт так называемый безучастный контакт, когда собеседники, не будучи врагами, не демонстрируют ни малейшей доброжелательности по отношению друг к другу. Максима доброжелательности даёт основание рассчитывать на положительное развитие речевой ситуации («Уменьшайте антипатию между вами и собеседником, увеличивайте симпатию»).

Дж. Лич отмечает, что в процессе общения принцип кооперации Г.П. Грайса взаимодействует с его принципом вежливости и является его дополнением. Он допускает возможность кросскультурной вариативности, предполагая, что в разных культурах предпочтение может отдаваться разным максимам. Например, для средиземноморской культуры более важной является максима вежливости, для европейских стран – максима такта, а для азиатов – максима скромности.

Знание и уместное применение рассмотренных выше принципов речевой коммуникации позволят успешно организовать речевое взаимодействие и обеспечить эффективное общение адресанта с адресатом для достижения поставленной цели.

Источник

Максима количества

ПРИНЦИП КООПЕРАЦИИ Г.П. ГРАЙСА

Основные вопросы.Максима количества. Максима качества. Максима релевантности. Максима способа (манеры) речевого поведения.

Перемещение референта в структуре коммуникативного акта регулируется целым рядом конвенций (неписаных правил), которые впервые были сформулированы Гербертом Полом Грайсом.

Всякое социальное поведение регламентируется правилами. Не составляет исключения и речевое общение. Нормы речевого поведения хотя и входят в систему воспитания, относятся к сфере молчаливых соглашений (конвенций) между коммуникативно обязанными членами общества. Задача прагматики — их обнаружить и сформулировать. Как правило, участники речевой коммуникации имеют общую цель – достичь взаимопонимания. Это один из основных принципов, который получил название Принципа Кооперации. Из этого принципа американский учёный Герберт Пол Грайс вывел уникальные постулаты коммуникации, своего рода правила эффективного общения (максимы Г.П. Грайса). Принцип Кооперации звучит следующим образом: «Твой коммуникативный вклад на данном шаге диалога должен быть таким, каким его требует совместно принятая цель (направление) диалога». Далее П. Грайс формулирует более конкретные постулаты, соблюдение которых соответствует выполнению Принципа Кооперации: максима количества, максима качества, максима релевантности и максима способа выражения.

Максима количества

Данное правило звучит так: говори не больше и не меньше того, что требует ситуация общения. Если один из коммуникантов сообщает больше информации, чем требует ситуация общения, это может привести, в лучшем случае, к недоразумению. Постулат нарушается (и обыгрывается) в трех типах высказываний:

1) недостаточно информативные высказывания;

2) излишне детализированные высказывания;

3) «пустые», неинформативные высказывания или элементы высказывания.

К недостаточно информативным относятся высказывания, в которых а) на первый план ошибочно или намеренно выдвигается несущественное или обычное, а о важном или необычном говорится вскользь: Почему опоздал на урок? – Квартиру убирал. – А раньше не мог? – Не мог. У нас ночью пожар был; б) говорящий ограничивается неточной информацией, хотя можно сообщить точную: — Как у тебя дела, Оля? – спросила Евгения Лаврентьевна. – Что дома? – Нормально, — ответила я. Евгения Лаврентьевна поморщилась. – А с товарищами? – Нормально. – Ты, Оля, — сказала Евгения Лаврентьевна, — пишешь стихи. Значит, ищешь самые лучшие слова для того, чтобы выразить мысль. И уж ты могла бы не употреблять этого пустого, бессмысленного слова «нормально». Что значит «нормально»? Я молчала (В. Киселев. Девочка и птицелёт).

Излишне детализированные высказывания могут привести к неправильной интерпретации сообщения: Гражданин Сидоров осужден на 15 суток за то, что после 11 вечера оскверняли тишину песнями советских композиторов (Л. Измайлов). Излишняя информация (песнями советских композиторов) в роли ремы приводит к искажению смысла: человек наказан не за то, что шумел после 11 часов вечера, а за исполнение песен советских композиторов.

«Пустые» высказывания или элементы высказывания не обладают новой для данного КА информацией:

— Можете ли Вы сказать что-нибудь о великих химиках 18 века?

б) — Какие все-таки будут билеты на экзамене?

– Обыкновенные. Беленькие с черненькими буквами.

Неинформативными считаются высказывания, где вместо события называется причина, его вызвавшая:

— Папа! Сегодня меня к доске вызывали.

— Теперь вызывают тебя.

Комический эффект производит псевдоинформативность, ложная основательность суждений. Ср.: Творчество Шекспира. Прежде всего следует остановиться на сонетах, которые, как утверждает профессор Мэтьюз, были написаны, весьма возможно, еще при жизни Шекспира, уж во всяком случае не после его смерти (С. Ликок. Очерки).

Нарушение постулата информативности находим в тавтологических высказываниях. Обычно это двухчастные коммуникативные акты, где одна из частей избыточна:

— Летом дни длиннее.

— Нет, ночи короче.

Избыточной может быть тавтологичность не только предложений,
но и членов предложения или членов словосочетания (плеоназм), ср.:

1) Они (германцы) одевались в звериные кожи, любили пить пиво и в мирное время, большей частью, не воевали(О. Дымов. Средняя история).

2) Все греки прославляли имя Мильтиада. Тем не менее, жизнь свою пришлось
Мильтиаду окончить смертью(Тэффи. Древняя история).

Избыточны иногда отдельные смысловые компоненты слова: Я хочу поговорить (…) о родителях наших детей. Счастливы ли они, родители наших детей, дети наших родителей, братья наших сестер? (М. Жванецкий. Коротко о себе).

Квалифицируются как отступление от нормы и прямо противоположные случаи, когда богатое содержание выражается предельно простыми (иногда морфологическими) средствами. Принцип информативности ограничен требованием избыточности. Любое высказывание должно иметь некий «запас прочности», обеспечивающий понимание даже при наличии помех (шум, непонятливость слушателя и т.д.): Во время Пелопонесской войны афиняне, уверенные в своем превосходстве, заявили в послании к спартанскому полководцу Лисандру: «Если мы войдем в Спарту, то все предадим огню и крови», на что Лисандр ответил: «Если…».

Максима качества (истинности)

Она звучит так: Говори правду! Не говори того, что считаешь ложным. Не говори того, для чего у тебя нет достаточных оснований. Говорящий несет ответственность за достоверность своего сообщения, что освобождает слушающего от необходимости верифицировать (проверять) правдивость сказанного. Давая заведомо ложную информацию, говорящий неизменно меняет ход беседы, мнения и знания собеседника. Иногда это ложь во «спасение». Но может быть и обратная ситуация, когда адресат знает истинное положение вещей и услышанная информация может привести к конфликту.:

‑Свидетель, знаете ли вы, что вас ждет в случае дачи ложных показаний?

— Конечно. Однакомнатная квартира и 5 тыс. долларов

В соответствии с интенцией говорящий очерчивает в своей речи область (фрейм), в рамках которого высказывание воспринимается как достоверное, выбирает количество и качество передаваемой информации, способ ее передачи — эксплицитный или имплицитный. Оценивая достоверность информации, слушающий опирается на такие характеристики говорящего, как возраст, образование, знание предмета сообщения, искренность и открытость, умственное и физическое здоровье, сопоставляет статусные и ситуативные роли.

В логике истинностные оценки приложимы только к высказыванию в целом и принимают только два значения — истина или ложь. В случае высказываний типа Стекло разбил Коля или Петя; В Каспийское море впадают Волга или Днепр можно говорить о неполном соответствии правде, о полуправде. Обобщая это наблюдение, можно утверждать, что, в отличие от логики, где высказывание может быть либо истинным, либо ложным, в естественном языке мы имеем дело со шкалой, где правда и ложь — полюса, между которыми находится множество промежуточных точек.Истинностная оценка приложима не столько к высказыванию в целом, сколько к отдельным элементам высказывания. Если я делаю утверждение Вчера Петя ходил в кино с Катей, то собеседник оценивает правильность каждого компонента моего высказывания, а в случае ошибочности одного из них он, внося уточнение, может оценить высказывание в целом и как истинное (Да, ходил, но не Катей, а с Машей), и как ложное (Нет, он ходил в кино не с Катей, а с Машей). Определяющим при этом является количественное соотношение истинных и ложных элементов. Игнорирование этого правила воспринимается как аномальность. Ср. шутку:

— А зто правда, что Иван Иванович выиграл машину в лотерею?

— Правда. Только не машину, а тысячу рублей. И не в лотерею, а в преферанс, и не выиграл, а проиграл.

С нарушением постулата истинности (искренности) мы сталкиваемся в высказываниях, содержащих противоречие. Н.Д. Арутюнова максимально широко понимает противоречивость, включает сюда следующие явления:

а) логическую контрадикторность— недопустимость соприсутствия в тексте как единовременном продукте одного говорящего утверждения и отрицания одной мысли: Один только и есть порядочный человек – прокурор, да и тот, если сказать правду, свинья (Гоголь. Мертвые души);

б) несовместимость семантических компонентов, например при оксюморонах: вулканический прыщ, кипучий лентяй (И. Ильф);

в) несоответствие синтаксических связей семантическим отношениям, например при зевгме: Курица снесла яйцо, а студенты — памятник на площади;

г) разлад между коммуникативными целями говорящего и смыслом или пресуппозициями высказывания:

— Тетя Сара тетя Сара, ваш Борька опять из помойки ест.

— Борис! Сколько раз я тебе говорила: не наедайся перед обедом;

д) одновременная соотнесённость с разными точками отсчета или даже с разными точками зрения: Копать отсюда и до вечера;

е) эмпирическую невозможность интерпретировать предложение применительно к устройству нашего мира и т. д. Приведем пример из книги Л. Кэрролла «Алиса в стране чудес» (беседа Грифона и Алисы):

— Знаешь, почему её называют треской?

— Я никогда об этом не думала, — ответила Алиса, — Почему?

— Треску много, — сказал значительно Грифон.

— Много треску? — переспросила она с недоумением.

— Ну да, — подтвердил Грифон. — Рыба она так себе, толку от неё мало, а треску много.

Алиса молчала и только смотрела на Грифона широко открытыми глазами.

Заключительное предложение свидетельствует о том, что героиня сомневается в истинности речевых актов собеседника.

Нарушением принципа истинности является также парадокс, который выражает мысль, на первый взгляд, абсурдную, но, как потом выясняется, в известной мере справедливую: Везде старается он поспеть. Всегда занят и никогда ничего не делает
(И. Крылов, Похвальная речь науке убивать время).

Преувеличения также свидетельствуют о нарушении постулата истинности: Саша! Я сбегаю к соседке на минуту, а ты помешивай кашу через каждые полчаса!; Ты уже сто раз мне клялся, что не будешь больше опаздывать на уроки!

Нарушением постулата истинности является прием, родственный рассмотренному только что преувеличению, но все-таки существенно от него отличающийся. Видимо, в языке существует соглашение, согласно которому указание о существовании, наличии чего-либо— это, при некоторых условиях, указание допустимогоминимума или максимума.Подобные высказывания содержат оператор типа «хотя бы”, “по крайней мере”. Когда говорят: «Имеется X», то в ряде случаев, вопреки буквальному пониманию, имеется в виду «X или больше (меньше)», «не менее (не более) Х-а». На этом основан следующий анекдот.

.— Черт бы его побрал, этот лифт! Часто поднимаюсь пешком.

— Что не работает?

— Работает, но на кабине надпись: «На 4 человека», и каждый раз приходится ждать ещё троих.

С точки зрения постулата истинности (искренности) представляют интерес случаи, на которые обратил внимание 3ено Вендлер. Он пишет, что высказывания типа Он намекает, что; Он голословно заявляет, что… становятся недопустимыми в случае 1-го лица: Я намекаю, что…, Я голословно заявляю, что…; Идет дождь, но я не верю (так называемый парадокс Мура); Я приказываю тебе пойти, но, пожалуйста, не ходи. Вендлер говорит, что в таком случае говорящий совершал бы «иллокутивное самоубийство», подрывал бы веру в собственное высказывание, «разрушая левой рукой то, что построил правой». А.Д. Шмелев справедливо отмечает, что подобные высказывания (он называет их самофальсифицируемыми) нередки в повседневной речевой практике, некоторые из них превратились в своего рода языковые клише (Я не буду даже упоминать о…; Я ни слова не скажу о…

—А я знаю кого-то, кто от вас просто без ума.

—А я даже знать не хочу. Кто это? Синицын?

— А кто же? Ну, голубушка, кто? (А. Аверченко. Фат).

А.Д. Шмелев и Т.В. Булыгина описали еще одно интересное явление, построенное на нарушении постулата истинности, — языковую демагогию. Под языковой демагогией понимаются «приемы непрямого воздействия на слушающего или читателя, когда идеи, которые необходимо внушить ему, не высказываются прямо, а навязываются ему исподволь путем использования возможностей, предоставляемых языковыми механизмами», и далее: «. языковая демагогия как таковая предполагает некритическое восприятие со стороны адресата. А навязываемые ему мнения подаются как данность, обсуждать и тем более отрицать которую просто глупо. Именно этот механизм и лежит в основе всего разнообразия приемов языковой демагогии». Назовем эти приемы:

1) ассерция (утверждение), маскирующаяся под пресуппозицию (т.е. под бесспорную и не нуждающуюся в обсуждении предпосылку). Например: (Раневская) Я так долго живу, что еще помню порядочных людей (‘сейчас порядочных людей нет’);

2) игра на референциальной неоднозначности, т.е. на возможности соотнести языковое выражение и с конкретным объектом, и с целым классом объектов:

Учитель возвращает ученику дневник и говорит:

— Твой отец поседеет, когда увидит твой дневник.

— Разве твои оценки его не волнуют?

— Конечно, волнуют, но он лысый.

Неприемлемость дескрипции в этой ситуации приводит к тому, что референт не может быть найден, т. к. механизм референции не может установить соответствие между внутренним представлением дескрипции, данной говорящим, и представлением объектов реального мира (возможных референтов).

Учитель – ученику на уроке труда:

— Ты ударяешь молотком, как молния!

— Вы хотите сказать, что я так быстро работаю?

— Нет, просто молния тоже никогда не попадает в одно и то же место дважды.

3) возражение под видом согласия предполагает использование конструкций с подчинительными союзами типа: Хорошо, приходи, если тебе жизнь не дорога; Да, сделает, когда рак на горе свистнет и т.п. Чаще всего это достигается доведением до абсурда:

Две дрессировщицы собак хвастаются:

— Моя Джильда читает газеты.

— -Знаю, мне про это говорил мой Шарик (Анекдоты от Никулина).

Опровергающее высказывание (‘Неправда! Собаки не умеют читать газеты!’) заменяется общим высказыванием, заведомая ложность которого как раз и является способом разоблачения ложного утверждения.;

4) согласие под видом возражения:

Жена: Я уверена, что ты женишься на следующий день после моей смерти.

Муж: Нет, дорогая. Сначала несколько дней отдохну.

5) демагогическое сравнение: Что такое экономическая реформа в СССР? — Это инъекция в протез.

6) неравноценность альтернатив: – Девочка, ты хочешь на дачу или чтобы тебе оторвали голову? (К/ф «Подкидыш»).

7) «сильное» высказывание вместо «слабого» и наоборот:

— Чем закончилась твоя ссора с женой?

— Она стала передо мной на колени.

— И что же сказала?

— Вылезай из-под кровати, подлый трус.

Максима релевантности (уместности)

Она звучит так: Не отклоняйся от темы! В противном случае беседа становится расплывчатой, а слушатель и говорящий к концу беседы забывают, какие намерения у них были в начале разговора. Нередко нарушением данной максимы говорящий добивается от собеседника своей цели. Приведем пример из романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита».

Буфетчик из Варьете пришел к Воланду требовать возмещения убытков после знаменитого представления. — Я — горько заговорил буфетчик, — являюсь заведующим буфетом театра Варьете. Артист вытянул руку, как бы заграждая уста буфетчику, и заговорил с большим жаром: — Нет, нет, нет! Ни слова больше! В рот не возьму ничего в вашем буфете! Я, почтеннейший, проходил вчера мимо вашей стойки и до сих пор не могу забыть ни вашей осетрины, ни брынзы. Драгоценный мой! Брынза не бывает зеленого цвета, это вас кто-то обманул. Ей полагается быть белой. Да чай! Я своими глазами видел, как какая-то неопрятная девушка подливала из ведра в ваш громадный самовар сырую воду, а чай между тем продолжали разливать. Нет, милейший, так невозможно! — Я извиняюсь, — заговорил ошеломленный этим внезапным нападением Андрей Фомич, — я не по этому делу, и осетрина здесь ни при чем. — То есть как это ни при чем, если она испорчена? — Осетрину прислали второй свежести, — сообщил буфетчик. — Вторая свежесть — это вздор! Свежесть бывает только одна, первая, она же и последняя. А если осетрина второй свежести, то это означает, что она тухлая! — Я извиняюсь… — начал было опять буфетчик, не зная, как отделаться от придирающегося к нему артиста. — Извинить не могу, — твердо сказал тот.

Максима релевантности часто нарушается в случае неудачного выбора фокуса, когда говорящий вводит один фокус в соответствующую систему координат, а затем неожиданно переключает свое внимание, тем самым сменив систему прагматических координат и не дав при этом соответствующего сигнала. Может быть и другое явление: слушающий может решить, что произошла смена фокуса, а говорящий и не думал делать этого. «Реально оба эти процесса очень похожи, ‑ пишет А.А. Потемкин, ‑ но один рассматривается с позиции говорящего, а другой – с позиции слушающего» [Потемкин 1994: 15]: Максима релевантности часто нарушается в случае неудачного выбора фокуса, когда говорящий (учитель) вводит один фокус в соответствующую систему координат, а затем неожиданно переключает свое внимание, тем самым сменив систему прагматических координат и не дав при этом соответствующего сигнала. Может быть и другое явление: слушающий может решить, что произошла смена фокуса, а говорящий и не думал делать этого. «Реально оба эти процесса очень похожи, ‑ пишет А.А. Потемкин, ‑ но один рассматривается с позиции говорящего, а другой – с позиции слушающего» [Потемкин 1994: 15]. Приведём пример ошибки в выборе фокуса:

Мальчик ложится спать накануне свого дня рождения:

— О Боже,- закричал он,- пошли мне большую красную пожарную машину!

— Сынок, ты не должен так кричать, Бог не глухой.

— Зато наш папа плохо слышит.

В фокусе внимания мальчика ‑ отец, несмотря на то, что мальчик обращается к Богу. Мать же воспринимает его слова буквально. Еще один пример:

— Вам нравится Бернард Шоу?

— Не знаю… А по какому каналу оно идёт?

В фокусе внимания говорящего – произведения писателя, а в фокусе внимания слушающего ключевым словом является слово “ шоу”, из-за множества американизмов в нашей речи.

Максима манеры (способа выражения)

Звучит следующим образом: Говори последовательно! Избегай двусмысленности! Не только содержание информации влияет на адресата, но и то, как информация преподносится. Если речь говорящего будет изобиловать непонятными для слушающего словами, если под одним и тем же термином будут пониматься разные референты, то собеседники не достигнут взаимопонимания. К недопониманию ведёт и двусмысленная речь. Сбивает с толку ненужное многословие (оно затрудняет понимание цели высказывания, хода мысли, просто утомляет слушателя, снижает степень его внимания).

В случае нарушения постулата ясности возникает неоднозначность или двусмысленность. Языковая шутка, особенно каламбур, строится как раз на сознательном нарушении этого постулата. Это, в частности, витиеватые высказывания и формулировки:

[Разговор с человеком, упавшим со второго этажа]:

— Не ушиблись ли вы?

— Чтобы сказать вам – да, так – нет. Чистейшей воды пустяк! (А. Аверченко, Рыцарь индустрии).

Намек также представляет собой сознательное нарушение постулата ясности. Истинная цель высказывания скрыта, важные смысловые звенья намеренно пропущены говорящим. Намёк рассчитан на то, что адресат, не удовлетворившись прямым смыслом, восстановит пропущенные звенья:

На экзамене профессор спрашивает нерадивого студента:

— Что такое экзамен?

— Это беседа двух умных людей.

— А если один из них идиот?

— Второй не получит стипендию.

Интересный вид намёка – псевдотолкование слов. По форме — это толкования, в действительности – сентенции, содержащие намёк:

1) Что такое доктор? Доктор есть предисловие гробокопателя, вот что-с! (А.Чехов, Двадцать девятое июня).

2) Муж – заместитель любовника по административно-хозяйственной части.

3) Сверхшум – свидание двух скелетов на железной крыше.

4) Людоед – муж Люды («Бестолковый этимологический словарь» — «Лит. газета»).

Иносказание (условное) – ситуативно обусловленная однодневка. Говорящих удивляют случаи, когда условное оказывается жизнеспособным и допускающим развитие (включать новые члены и т.п.).

Звонит телефон. Трубку поднимает отец трех дочерей. Не успел он открыть
рот, как голос в трубке ласково спросил: «Это ты, моя лягушечка?»— «Нет, это говорит владелец пруда».

Есть даже особые литературные жанры, построенные всецело на нарушении постулата ясности, намеренно вводящие в заблуждение. Это, в частности, загадка— «иносказательное поэтическое воспроизведение какого-либо предмета или явления, испытывающее сообразительность отгадывающего; жанр фольклора, (. ) основанный на метафорическом сближении далеких областей предметно-вещественного мира («Висит сито, не руками свито» — паутина)

Наиболее резким нарушением постулата ясности является «заумный язык» (термин В.Хлебникова) – поэтические опыты русских футуристов 1920-х годов, попытка создать особый поэтический язык, над которым не тяготело бы «бытовое значение слова».

Постулаты Г.П. Грайса хорошо «работают» в ситуациях, имеющих целью максимально эффективный обмен информацией, например в деловом или научном общении, однако в обыденной речи эти правила соблюдаются далеко не всегда, а иногда и полностью нарушаются. Нарушение правил коммуникации может иметь своей целью повышение экспрессивности речи. Оно в этом случае формирует стилистические приемы (такие, как повтор, риторический вопрос, ирония, гипербола, мейозис и т. п.). Принцип Кооперации не следует смешивать с вежливостью и благожелательностью. Если стратегическая цель начинающего разговор – добиться ссоры, выказывая агрессию, то успешным общение будет, если и другой собеседник настроен агрессивно: такая позиция будет содействовать общению (хотя в итоге может привести к разрыву отношений). Отказ реагировать на провокацию – в данном случае лучшая стратегия противодействия. Вежливость здесь – средство, нарушающее нежелательную кооперацию, а не поддерживающее её.

Вопросы для обсуждения

1. Докажите, что коммуникативный кодекс относится к числу конвенций, т.е. молчаливых соглашений между коммуникативно обязанными членами общества.

2. В чем суть постулата информативности?

3. Приведите примеры нарушения максимы ясности (способа)?

4. Что предполагает выполнение постулата связности?

5. Какие основные требования должны соблюдаться при следовании максиме истинности (искренности)?

Обязательная литература

Грайс Г.П. Логика и речевое общение// Новое в заруб. лингвистике. Вып. 16. – М.: Прогресс, 1985

1. Булыгина Т.В., Шмелев А.Д. Языковая концептуализация мира (на материале русской грамматики). – М.: Школа «Языки русской культуры», 1997

2. 3. Габидуллина А.Р., Андриенко Т.П. Кузема Н.В. Основы теории речевой коммуникации. – Донецк:: Регион, 2000.

4. Санников В.З. Русский язык в зеркале языковой игры. – М.: «Языки славянской культуры», 2000

Дата добавления: 2015-02-09 ; просмотров: 206 ; Нарушение авторских прав

Источник

Adblock
detector

Этико-речевая норма– совокупность
правил речевого общения (поведения),
которые обеспечивают гармонизацию
интересов общающихся на основе
общепринятых нравственных ценностей.

Этика речевого общения начинается с
соблюдения условий успешного речевого
общения:сдоброжелательного
отношения к адресату, демонстрации
заинтересованности в разговоре,
искреннего выражения своего мнения,
сочувственного внимания. Это
предписываетвыражать свои мысли в
ясной форме, ориентируясь на мир знаний
адресата. Сигналами внимания, участия,
правильной интерпретации и сочувствия
являются не только регулятивные реплики,
но и паралингвистические средства –
мимика, улыбка, взгляд, жесты, поза.
Особая роль при ведении беседы принадлежит
взгляду.

В настоящее время в риторической науке
и практике существует два ведущих
принципа коммуникации – принцип
кооперации Г. П. Грайса и принцип
вежливости Дж. Лича.

В 1950-е годы американский философ Пол
Грайс под влиянием идей Людвига
Витгенштейна и теории речевых актов
сформулировал так называемые
коммуникативные постулаты.

В научной литературе принцип кооперации
Пола Грайса представлен как единство
ма́ксим, которые,
по мнению учёного, определяют вклад
участников коммуникативного акта в
объединяющую их речевую ситуацию.
Каждая максима состоит из нескольких
постулатов. Максим четыре.

Максимы Пола Грайса, составляющие
основу принципа кооперации:

I. Максима полноты информации.

Постулаты к максиме полноты информации:

Твое высказывание должно содержать не
меньше информации, чем требуется;

Твое высказывание не должно содержать
больше информации, чем требуется.

II. Максима качества информации

Постулаты к максиме качества информации:

Не говори того, что ты считаешь ложным;

Не говори того, для чего у тебя нет
достаточных оснований.

III. Максима релевантности

Постулат к максиме релевантности:

Не отклоняйся от темы.

IV. Максима манеры

Общий постулат к максиме манеры:

Выражайся ясно.

Частные постулаты к максиме манеры:

Избегай непонятных выражений;

Избегай неоднозначности;

Будь краток (избегай ненужного
многословия);

Будь организован.

Максимы Дж. Лича, составляющие основу
принципа вежливости

I. Максима
такта– максима границ личной
сферы: соблюдай интересы другого; не
нарушай границ его личной сферы;

II. Максима
великодушия – максима необременения
собеседника: не затрудняй других;

III. Максима
одобрения – максима позитивности
в оценке других: не осуждайте других;
увеличивайте одобрение других;

IV. Максима
скромности – максима невысокомерного
отношения к собеседнику, отсутствия
стремления первенствовать, показывать
себя; максима минимизации похвал в
собственный адрес: отстраняй от себя
похвалы;

V. Максима
согласия – максима неоппозиционности:
избегайте возражений; уменьшайте
разногласия; увеличивайте согласие
между собой и пратнёром;

VI. Максима
симпатии – максима доброжелательности:
высказывайте благожелательность;
уменьшайте антипатии; увеличивайте
симпатии между собой и партнёром.

Три принципа Робин Лакофф,
обеспечивающие соблюдениепостулата
ответственности(учёт говорящим
воздействия своей речи на слушающего):

1. Не навязывайся;

2. Выслушай собеседника;

3. Будь дружелюбен.

Эффективная коммуникация без истины
невозможна.

Лакофф выделяет правила, определяющие
ситуацию разговора, какой она должна
быть:

Правило 1.То, что собеседники
сообщают друг другу, должно быть истинно.

Правило 2.Говорящий, делая какое-либо
утверждение, полагает, что слушающий
будет верить его словам.

Правило 3.Всё, что говорящий хочет
сказать, должно быть сказано, при этом
оно должно быть неизвестным для
окружающих и не должно быть самоочевидным.
В коммуникации необходимо присутствие
всего нужного для того, чтобы адресат
понял сообщаемое.

Правило взаимности – отвечай
добром на добро.

Соседние файлы в предмете [НЕСОРТИРОВАННОЕ]

• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #
• #

максима

Синонимы:

Совершенствование коммуникативной компетенции учителей начальной школы в рамках реализации ФГОС НОО

Практико- ориентированный проект на тему:

Максимы (постулаты) вежливости Дж. Лича.

Войтовой Оксаны Викторовны

Тема моего исследования :Максимы (постулаты) вежливости Дж. Лича.

Актуальность моей работы неоспорима, так как речь является неотъемлемой частью нашей жизни. В последнее время часто можно услышать не только вежливое обращение, но и нецензурные высказывания. На мой взгляд, плохие слова являются признаком плохого настроения, отсюда и ухудшение здоровья и работоспособности. Ведь гораздо приятнее услышать от человека вежливое приветствие и улыбнуться, чем увидеть хмурое лицо и услышать недовольное бурчание.

Основная цель моей работы

– узнать о принципе вежливости , который регулирует общение, а также поддерживает социальное равновесие и дружеские отношения между собеседниками . А также ознакомить с выводами моей работы слушательниц и заинтересованных лиц.

Задачи исследования:

— Способствовать нравственному и коммуникативному развитию

— Развивать эмоции и мотивы, способствующие формированию коммуникативных умений и навыков; уважения к окружающим людям;

— Подобрать, изучить и систематизировать материал по теме исследования

— Рассмотреть вежливость как область риторической прагматики.

— Исследовать Максимы (постулаты) вежливости Дж. Лича.

— Проанализировать полученные результаты и сделать выводы.

— Воспитывать желание говорить спокойно, вежливо, доброжелательно;

— Развивать чувство доброты, сопереживания;

За основную гипотезу я взяла утверждение, что частое употребление в речи вежливых слов способствует уменьшению агрессии и улучшению взаимоотношений между людьми.

Для решения поставленных задач я использовала: периодическую литературу, справочники и словари, сайты сети Интернет.

Джеффри Лич (1936-2014) – специалист в области семантики, грамматики, стилистики, корпусной лингвистики и прагматики. Почётный профессор кафедры лингвистики и английского языка Ланкастерского . Его постулаты речевого общения делают возможным и успешным взаимодействие участников коммуникации.

Дж. Лич рассматривает вежливость как область риторической прагматики. Он отмечает, что принцип вежливости в большей степени регулирует общение. Он поддерживает социальное равновесие и дружеские отношения между собеседниками и дает понять, что прежде всего они заинтересованы в сотрудничестве друг с другом.

Принцип вежливости- это тип социального взаимодействия, в основе которого лежит уважение к личности собеседника и которое направлено на предотвращение возможных конфликтных ситуаций.

Дж. Лич уточняет свои принципы и выделяет следующие шесть постулатов (максимов) вежливости, которые базируются на вербальном подавлении одного из параметров (затраты-выгода; похвала-порицание; согласие-несогласие; симпатия-антипатия), что осуществляется либо в открыто выраженной, либо в косвенной форме.

Максима такта.

Это максима предполагает соблюдение границ личной сферы собеседника. 

При вербальном оформлении высказывания необходимо стремиться к тому, чтобы затраты слушающего казались меньше, чем его выгода. Уменьшайте затраты слушающего, увеличивайте выгоду слушающего. Не надо ставить других в ситуацию, когда они вынуждены нарушить максиму такта. В высказываниях-просьбах можно усилить степень реализации максимы такта за счет использования косвенной формы выражения намерения.

 Хочешь убрать комнату? У тебя не будет возможности убрать комнату?

Поэтому собеседникам следует соблюдать осторожность в выборе речевой стратегии, чтобы не задеть чужие интересы. Здесь стоит отметить, что речевой акт является сочетанием общих речевых действий и частных интересов.

Максима великодушия.

 Данная максима не даёт одному из собеседников в разговоре доминировать над другим, навязывать ему свою позицию. Успешный коммуникативный акт не должен быть дискомфортным для участников общения. Не следует связывать партнера обещанием или клятвой.

Максима великодушия реализуется, в первую очередь, в высказываниях-приглашениях (ты можешь прийти к нам пообедать) и высказываниях-предложениях (я могу одолжить тебе свою машину). (Жду Вас ровно в 8.00, или Не сможете ли вы подойти..)

Максима одобрения

Максима одобрения- Максима позитивности в оценке мировоззрения собеседника

Это позитивность в оценке других (Не судите, да не судимы будете; Не осуждай других). Если оценка мира не совпадает с оценкой собеседника, то это сильно затрудняет реализацию собственной коммуникативной стратегии.

Уменьшайте осуждение (порицание) слушающего, больше хвалите.

Это максима позитивности в оценке других. Несовпадения с собеседником в направлении оценки мира очень сильно влияет на возможность реализации собственной коммуникативной стратегии);

В высказываниях типа рассказ не такой хороший, как… Срезу  внимание слушающего фокусируется на верхней части двухполюсной шкалы ожидания (ожидаемое — норма — хорошо уз. Неожидаемое – не-норма — плохо), которая не была достигнута. По мнению Дж. Лича, недостаток похвалы (не такой хороший) означает скрытое порицание, т.е. нереализованность максимы одобрения.

Максима скромности.

Собеседникам не только не стоит принимать похвалы в собственный адрес, но и самим завышать свою самооценку. Успех любых человеческих взаимоотношений заключается в том, чтобы ставить себя и свои желания ниже потребностей партнёра. На коммуникацию этот принцип распространяется в полной мере.

Это позиция неприятия похвал в свой адрес. Одним из условий успешного развертывания коммуникативного акта является реалистическая, по возможности объективная самооценка. Чрезмерно завышенные или заниженные самооценки могут отрицательно повлиять на установление контакта.

Меньше хвалите себя, больше порицайте себя.

Интенсивность реализации максимы скромности варьируется от культуры к культуре.

Максима одобрения и Максима скромности касаются порицания и похвалы коммуникантов.

Максима согласия

Максима согласия- максима неоппозиционности-строится на совпадении взглядов коммуникантов (параметр согласие — несогласие). Это максима предполагает отказ от конфликтной ситуации во имя решения более серьезной задачи — сохранения предмета взаимодействия, «снятие конфликта» путем взаимной коррекции коммуникативных тактик собеседников. При вербальном оформлении высказывания необходимо подчеркивать общность взглядов, системы ценностей, планов, устраняя из фокуса внимания имеющиеся разногласия.

Вместо углубления противоречия, возникшего в ходе общения, эта максима рекомендует поиск согласия, для того чтобы акт общения получил продуктивное завершение.

Частичное нарушение максимы согласия является более приемлемым для речевого общения, чем ее полное несоблюдение.

Так, в японской культуре обязательным является многократное вербальное выражение согласия с мнением собеседника по всем вопросам; в европейских культурах не требуется полной реализации максимы согласия при несовпадении точек зрения коммуникантов.

Максима симпатии.

Максима симпатии базируется на доброжелательном отношении коммуникантов друг к другу.

Например: 1. Я очень обрадовался, узнав о том, что твоя собака умерла.

2. Я очень сожалею о том, что случилось с твоей собакой.

В данных примерах максима симпатии реализуется во втором примере за счет подчеркивания доброжелательного отношения к слушающему, что проявляется в вербализации факта сопереживания говорящего в связи с печальными для его партнера событиями и в косвенности обозначения неприятного для слушающего события.

Это позиция благожелательности, которая создает благоприятный фон для перспективного предметного разговора. Неблагожелательность делает речевой акт невозможным. Определенную проблему создает так называемый «безучастный контакт», когда собеседники, не будучи врагами, не демонстрируют доброжелательности по отношению друг к другу. Максима доброжелательности дает основание рассчитывать на положительное развитие речевой ситуации с намечающимся конфликтом.

Максима симпатии Максима, которая способствует выполнению всех вышеперечисленных постулатов. В любой ситуации, возникшей по ходу коммуникации, стоит собеседникам стоит оставаться благожелательными друг к другу, что позволит избежать конфликтов.

Отсюда следует сделать вывод, что принцип вежливости применим и даже необходим и в любом виде коммуникации. Любая коммуникация предполагает взаимное приспособление.

Сформулированные максимы не абсолютны. Сама по себе максима не обеспечивает успешного взаимодействия собеседников. Однако применение описанных принципов позволяет более успешно организовать речевое общение, ориентироваться на соблюдение коммуникативных и этических норм.

Список литературы:

1. Викулова Л. Г. , Шарунов А И. Основы теории коммуникации : практикум. М. : ACT МОСКВА: Восток – Запад, 2008. С. 116 -124.

2. Грайс Г. П. Логика и речевое общение // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 16. М. , 1985.

3. Елизарова Г. В. Культура и обучение иностранным языкам. СПб. : «Союз» , 2001. С. 77 -88, 106 -134.

4. Карнеги Д. Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей. 2016 Лекция 2. Л. Ю. Щипицина Правила успешного взаимодействия

5. Грайс Г.П. Логика и речевое общение // Новое в зарубежной лингвистике. – Вып. XVI. М.: Прогресс, 1985. С.217-237.

6. Лазуткина Е.М. Парламентские жанры//Культура парламентской речи. М., 1994. 53 с.