Ошибка гитлера во время войны

Глава 13.

ОШИБКИ ГИТЛЕРА И НЕМЕЦКОГО ВЕРХОВНОГО КОМАНДОВАНИЯ

Непродуманным шагом Гитлера еще в 1939 г., при составлении секретного соглашения между державами тройственного пакта — Германией, Италией и Японией, с одной стороны, и Советским Союзом — с другой, было установление зон влияния и сфер интересов.

Было предусмотрено: «Германия заявляет, что без учета тех территориальных изменений, которые произойдут в Европе после заключения мира, ее основные территориальные интересы лежат в Центральной Африке. Италия заявляет, что, без учета тех территориальных изменений, которые произойдут в Европе после заключения мира, ее основные территориальные интересы лежат в Северной и Северо-восточной Африке; Япония заявляет, что ее основные территориальные интересы лежат в районе Восточной Азии к югу от Японской империи. Советский Союз заявляет, что его основные территориальные интересы лежат к югу от территории Советского Союза в направлении Индийского океана.

Четыре Державы заявляют, что, сохраняя за собой право регулировать отдельные несущественные вопросы, они будут взаимно уважать территориальные интересы друг друга и не станут создавать препятствий для их осуществления».

Суть этого секретного протокола № 1 Гитлер разъяснил во время беседы с Молотовым 13 ноября 1940 г.: «После покорения обанкротившейся Англии будут разделены ее всемирные гигантские владения в 40 миллионов квадратных километров. При этом Россия получит доступ к незамерзающему и действительно открытому Индийскому океану. Все страны, которые, возможно, заинтересованы в обанкротившемся владении, должны прекратить все разногласия между собой и сосредоточиться исключительно на разделе Британской империи».

Таким образом, этот секретный договор подтолкнул Японию к тому, чтобы избежать войны на два фронта, подписать пакт о нейтралитете между Советским Союзом и Японией, а также декларацию о взаимном уважении территориальной целостности и неприкосновенности границ Монгольской Народной Республики и Манчжоу-Го. Подписание такого пакта с Японией, союзницы Германии, в какой-то степени обезопасило дальневосточные границы СССР и способствовало нейтрализации одного из самых близких союзниц Германии. Помимо этого возникла возможность использовать войска Дальневосточного и других восточных военных округов для борьбы с немцами, и в первую очередь при защите Москвы. Россия, Франция, Англия и США являлись для Германии главными препятствиями на пути к установлению мирового господства. Уничтожением СССР гитлеровцы рассчитывали нанести смертельный удар международному рабочему и национально-освободительному движению, повернуть вспять социальное развитие человечества. Гитлер признавался М. Борману, что целью всей его жизни и смыслом существования национал-социализма являлось уничтожение большевизма.

Решающим этапом к мировому господству Гитлер считал уничтожение СССР, завоевание «жизненного пространства» на востоке. В своей книге «Mein Kampf» он писал: «…если мы ныне и говорим о новых земельных владениях в Европе, то речь идет, прежде всего, о России и подвластных ей окраинных государствах». Война против СССР рассматривалась фашистами как особая война, в которой они делали ставку на физическое истребление людей — носителей марксистско-ленинской идеологии. Для нападения на СССР гитлеровцы считали необходимым иметь следующие предпосылки. Во-первых, выдвинуться к его границам и создать плацдарм для вторжения вермахта. Во-вторых, обеспечить свой тыл на Западе, устранив главных соперников в борьбе за гегемонию в Европе. В-третьих, усилить экономический и военный потенциал рейха, улучшить его стратегическое положение путем захвата европейских стран или превращения их в своих сателлитов. Развивая тезис о необходимости разбить СССР любыми методами, Гитлер заявил, что «потомки не спросят нас, какими методами или в соответствии с какими нынешними представлениями мы действовали, а лишь о том, чего мы добились». Для нападения на СССР он считал необходимым иметь следующие предпосылки: во-первых, выдвинуться к его границам и создать плацдарм для вторжения вермахта; во-вторых, обеспечить свой тыл на Западе, устранив главных соперников в борьбе за гегемонию в Европе; в-третьих, усилить экономический и военный потенциал рейха, улучшить его стратегическое положение путем захвата европейских стран или превращения их в своих сателлитов. В связи с этим совершенно непонятным становится его халатное отношение к захвату жизненно важного для Англии короткого морского пути через Гибралтар и Суэцкий канал, с дальнейшим продвижением после захвата Египта на Иран. Этот вариант давал Гитлеру возможность получить еще одну линию соприкосновения с границами Советского Союза. Вместо этого он в сентябре 1940 г. предоставил такую возможность итальянцам, которые силами всего лишь 8 пехотных дивизий начали с территории Ливии наступление на Египет, но 9 декабря 1940 г. англичане перешли в контрнаступление, в результате которого итальянская армия оказалась почти полностью уничтоженной. Итальянцы потеряли почти всю территорию Ливии и 130 тысяч человек пленными. Чтобы спасти положение, Гитлер создал экспедиционный корпус «Африка» из двух танковых дивизий под командованием генерал-лейтенанта Роммеля и переброшенного с Сицилии 10-го воздушного корпуса, но было уже поздно. Англичане создали мощную группировку войск под командованием Монтгомери и вели бои с немцами с переменным успехом вплоть до 12 мая 1943 г., когда немецкие войска полностью прекратили сопротивление. В руки союзников попало около 250 тыс. пленных, в том числе 140 тыс. немцев.

Явно допускал Гитлер просчеты и в Европе. В мае 1940 г. немецкая армия захватила Бельгию и большую часть Франции. К этому времени положение французских и английских войск стало безнадежным, и они начали спешно отступать к Ла-Маншу в направлении Дюнкерка.

Как указывают многие авторы, по совершенно непонятным причинам успешно наступавшие немецкие войска вдруг остановились под Дюнкерком и дали возможность 300 тысячам англичан и большому количеству французов эвакуироваться в Англию и создать там основу для развертывания английских войск. Очевидно, этот поступок мог быть связан со стремлением Гитлера в преддверии войны с СССР добиться заключения мира с Англией и привлечь ее к участию в агрессии против Советского государства. Но это было ошибочным решением, поскольку английское правительство, возглавляемое Черчиллем, решительно отвергало сделку с фашизмом.

Все же основной ошибкой Гитлера было нападение на нашу страну до полного поражения союзников, так как началась война на два фронта. Этим он нарушил сразу два важных положения немецкой военной стратегии.

Во-первых, нельзя вести войну на два фронта, о чем предупреждал еще в начале XIX века крупный специалист военного дела Карл Клаузевиц.

Во-вторых, Гитлер нарушил завет немецкого канцлера Бисмарка, заклинавшего немцев никогда не воевать с Россией.

Немецкий генерал Гудериан следующим образом оценивал его замыслы: «Таким образом, в конце лета 1940 г. у Гитлера, как в свое время у Наполеона, возникла мысль двинуться на Восток и ликвидировать русскую опасность, прежде чем будет окончательно ликвидирована опасность на Западе». Снова на поверхность всплыл миф о непобедимости России в войне. Но Гитлер, увлеченный победами 1939–1940 гг., был абсолютно уверен в удаче и сумел убедить и себя и других, что покончит с этой «призрачной» восточной опасностью так же быстро, как и с западной, которую его военные советники будто бы значительно переоценили. Эти советники совершенно запутались в оценке своих противников и в оценке способностей своего верховного главнокомандующего как стратега, которого Геринг и Риббентроп превратили в «величайшего полководца в истории всех времен». Такая непонятная заносчивость привела немцев к убеждению, что, подобно кампаниям в Польше и Франции, война на востоке будет также молниеносной. Как и во времена Наполеона, распространилось мнение, что для разгрома Советского Союза немецкой армии потребуется восемь — десять недель. Предполагалось, что военная мощь России будет уничтожена еще до наступления осенней распутицы. Исходя из этого, Гитлер рассчитывал ограничиться созданием в России только одной линии опорных пунктов и думал отвести после этого обратно на родину до 60–80 дивизий. По этой причине запасы зимнего обмундирования ограничивались из расчета, что на каждые пять человек потребуется только один комплект.

Следствием всего этого была перестройка военной промышленности, главным образом в ущерб авиации. Все приготовления сводились к подготовке исключительно летней кампании, которая должна была привести к политическому разложению большевистского государства и разделу России на мелкие государства, организованные по принципу областного деления.

Ошибочно была признана военная слабость России (колосса на глиняных ногах) на основе малоблагоприятного для Советского Союза исхода войны с Финляндией (октябрь 1939 — март 1940), что немало способствовало недооценке немцами своего противника на востоке.

План Гитлера предусматривал массированные удары сразу четырьмя группами в трех направлениях.

Он решил разгромить советские войска путем введения в бой четырех бронетанковых группировок. Две из них под командованием Хайнца Гудериана и Германа Гота составляла группу армий «Центр», которой командовал Федор фон Бок. Задачей этой армии было разбить советские войска, расположенные по дороге на Москву, устроив несколько гигантских окружений. Эта группа, имея в авангарде бронетехнику, должна была выдвинуться из Восточной Пруссии и направляться от германо-советской границы вдоль реки Буг до Смоленска.

Группа армий «Север» под командованием Вильгельма фон Лееба с одной бронетанковой группой под командованием Эриха Хёпнера должна была двинуться из Восточной Пруссии через территории Балтийских государств к Ленинграду.

Группа армий «Юг» Герда фон Рундштедта с танковой группой под командованием Эвальда фон Клейста должна была прорваться к югу через Припятские болота в сторону Киева, расположенного в 500 км от исходных рубежей атаки. Затем этим войскам предстояло прорваться в индустриальные районы Донецкого бассейна.

После поражения советских войск в окружениях половина бронетанковых войск центра должна была быть переброшена для захвата Ленинграда, потом эти части возвращались назад, на Москву, а в это время группа армий «Юг» продолжала бы двигаться на Украину.

Такой план Гитлера оказался проигрышным. К тому же фюрер во время боевых действий еще больше усложнил задачу, потому что ухватился за шанс уничтожить несколько советских армий на Украине в окрестностях Киева и внес изменения в первоначальный план. Как только в зоне действий группы «Центр» окруженные войска были уничтожены, он послал одну танковую группу на север к Ленинграду (группа армий «Север» не располагала достаточными силами, чтобы взять Ленинград).

Другой он приказал идти на юг, чтобы помочь уничтожить воинские части в окружении на востоке от Киева.

План Гитлера опирался на две ложные предпосылки. Первая заключалась в том, что у немцев будет достаточно времени (даже без переброски танков на Украину), чтобы бронетанковые войска смогли выполнить свое задание на севере, а затем успели вернуться в центральную часть России и добиться решающей победы до осенних дождей и снегов.

Но расстояния оказались просто громадными, дороги и климат в России — слишком плохими. А самое главное — сопротивление советских войск было чересчур сильным для того, чтобы этот план имел хотя бы малейшую надежду на успех. К тому же танки приблизились к Москве в начале сезона дождей, а затем пришла русская зима. Вследствие этого наступление на Москву провалилось.

Как определил Гудериан в письме своей жене 10 декабря 1941 г., враг, размеры страны и ужасная погода — все это было в высшей степени недооценено.

Второе ошибочное предположение включало, что после уничтожения советских войск в трех грандиозных окружениях Сталин не сможет создать новую армию. В данном случае Гитлер не учел возможности переброски войск других военных округов — с Урала, Средней Азии и Сибири. Более того, союзник Гитлера не должен был напасть на Сибирь, что позволило Сталину перебросить с Дальнего Востока четверть миллиона кадровых солдат.

Свои соображения в отношении объявления войны на два фронта Гитлер в последние дни перед страшным нашествием изложил в доверительном письме Муссолини:

«Дуче! Я пишу Вам это письмо в тот момент, когда длившиеся месяцами тяжелые раздумья, а также вечное нервное выжидание закончилось принятием самого трудного в моей жизни решения… Что касается борьбы на Востоке, дуче, то она определенно будет тяжелой. Но я ни на секунду не сомневаюсь в крупном успехе. Прежде всего, я надеюсь, что нам в результате удастся обеспечить на длительное время на Украине общую продовольственную базу. Что бы теперь ни случилось, дуче, наше положение от этого шага не ухудшится; оно может только улучшиться. Если бы я даже вынужден был к концу этого года оставить в России 60 или 70 дивизий, то все же это будет только часть тех сил, которые я должен сейчас постоянно держать на восточной границе. Я чувствую себя внутренне снова свободным, после того как пришел к этому решению…»

«Роковой ошибкой», как ее правильно назвал немецкий генерал Гудериан, было решение Гитлера двинуть две армии и танковую группу на юг, вместо того чтобы предпринять концентрированное наступление на Москву. Это ошибочное решение Гитлер принял в период Смоленско-Московского сражения, когда наши войска остановили немцев почти на два месяца. Но тем самым эта задержка позволила советским армиям перегруппироваться и подтянуть резервы для обороны Москвы. Для немцев эта битва означала потерю надежды на блицкриг. В августе 1941 г. Гитлер созвал совещание в ставке группы армий «Центр» в Новом Борисове. По словам присутствовавшего на этом совещании Гудериана, Гитлер считал главной задачей захват Ленинграда. Он еще не решил, что будет в дальнейшем на очереди — Москва или Украина, но склонен был как будто бы выбрать последнюю.

23 августа он созвал новое совещание, на котором предложение Гудериана сосредоточить все силы для наступления на Москву было отклонено. Гитлер окончательно решил нанести основной удар по Украине и Крыму, заявив, что сырье и сельское хозяйство Украины для продолжения войны имеют жизненно важное значение. Позже Гудериан назвал «роковой ошибкой» решение Гитлера двинуть две армии и танковую группу на юг, вместо того чтобы предпринять концентрированное наступление на Москву через Белоруссию. На Юго-западном фронте в начале июля Гитлер решил полностью овладеть Украиной. Отказавшись на время от наступления на Москву, он перебросил часть войск на север, чтобы ускорить захват Ленинграда, а еще большие подкрепления послал на юг, намереваясь занять Правобережную Украину и Крым за несколько недель.

21 августа 1941 г. появились официальные указания Гитлера о дальнейшем ведении войны, определившие, в частности, задачи группы армий «Центр». Гитлер вновь подчеркивал: предложение главнокомандования сухопутных сил от 18 августа о продолжении операций на востоке расходится с его планами. В соответствии с мнением, которое он имел с самого начала, фюрер считает, что важнейшей задачей до наступления зимы является захват не Москвы, а Крыма, Донецкого промышленного и угольного района, а также перехват путей подвоза нефти с Кавказа. На севере такой задачей будет окружение Ленинграда и соединение с финскими войсками. Фюрер требовал незамедлительно использовать благоприятную обстановку, сложившуюся в результате выхода войск на линию Гомель — Почеп для проведения операции смежными флангами группы армий «Юг» и «Центр» по сходящимся направлениям. Успех такой операции должен обеспечить уничтожение 5-й армии русских прежде, чем она отойдет за Десну. Таким путем станет возможным обеспечить левый фланг группы армий «Юг» при продолжении его операций восточнее среднего течения Днепра в направлении Ростова и Харькова. Гитлер требовал от Браухича выделить необходимые силы для разгрома 5-й армии, сковавшей под Коростенем 6-ю немецкую армию. И особенно подчеркивалось, что он придает величайшее значение скорейшему овладению Крымским полуостровом для обеспечения снабжения Германии нефтью из Румынии. Однако против гитлеровского решения пытались возразить ряд генералов вермахта во главе с Гудерианом, но решение Гитлера осталось в силе и верховное командование пришло к окончательному решению: главным объектом наступления станет не Москва и Ленинград, а Украина и Крым.

При подготовке удара в направлении Кавказа и Сталинграда в мае 1942 г. ошибкой Гитлера было разделение группы армий «Юг» на группы «А», которая должна была действовать в южном направлении на Кавказ, и «Б» — в северном на Сталинград.

В свою очередь под общим командованием Гитлера войска группы «А», наступающие на Кавказ, были разделены в еще большей степени. Они вели наступление сразу по четырем направлениям. На западе они двигались по берегу Черного моря на Новороссийск. На юго-западном направлении они пытались через перевалы высокогорного Кавказа выйти к Черному морю в районе Сочи или Сухуми. Большая часть войск направлялась на юго-восток в сторону Военно-Грузинской дороги, с целью захвата Тбилиси. И, наконец, четвертое направление — побережье Каспийского моря, из расчета захвата Баку. Несомненно, такое разделение воинских частей группы армий по нескольким направлениям, да еще в горных условиях, где использование танков было затруднено, отрицательно повлияло на успехи немцев на этом участке фронта.

Паранойя Гитлера после поражения на Курской дуге затмила его политическое и военное здравомыслие, что помешало ему принимать правильные тактические решения. Он упорно продолжал, так же как Сталин и высшее командование советских войск, настаивать на наступательном решении военных проблем, когда мощь военной машины уже была надломлена.

Помимо этого неправильным было решение Гитлера пытаться удерживать всю захваченную территорию, в то время как отступление могло сохранять силы. Подобные промахи, неоднократно повторенные в сражениях после Курской дуги, привели к катастрофическим последствиям и полному краху гитлеровской военной машины.

Ошибкой Гитлера было отстранение от командования немецких генералов, которые не смогли выполнить его приказы. Командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Рундштедт, который после взятия Ростова советскими войсками 29 ноября самовольно приказал его оставить, был заменен генерал-фельдмаршалом Рейхенау. 18 декабря командующий группой «Центр» генерал-фельдмаршал фон Бок «по состоянию здоровья» сдал командование генерал-фельдмаршалу Клюге, бывшему командующему 4-й армией. На следующий день ушел в отставку главнокомандующий сухопутными войсками генерал-фельдмаршал Браухич. Гитлер взял на себя главное командование сухопутными силами. Усыпанные до этого всеми почестями командующий 2-й танковой армией Гудериан и 4-й танковой армией Хепнер были смещены вследствие самовольного отступления. Хепнер даже был уволен из армии. 15 января 1942 г. последний командующий группой армий на востоке генерал-фельдмаршал Лееб подал в отставку. Назначенный командующим группой армий «Юге Рейхенау вскоре умер. После его смерти только что отстраненный от командования генерал-фельдмаршал фон Бок должен был вновь принять эту должность. С декабря 1941 г. по апрель 1942 г. в целом свыше 30 генералов было освобождено от занимаемых ими постов.

После разгрома наших войск под Харьковом и потери Севастополя немецкие войска на советско-германском фронте вновь захватили стратегическую инициативу. Однако в сложившихся условиях вермахт уже не мог осуществлять крупномасштабные операции (наступления) на всех фронтах сразу, как в предыдущей летней кампании. Поэтому было принято решение сосредоточить усилия на южном направлении. Германское командование разработало подробный план операции по захвату Кавказа под кодовым названием «Эдельвейс», изложенной в директиве немецкого командования № 45 от 23 июля 1942 г. Против этой директивы были многие видные германские военачальники, в том числе генерал-фельдмаршал фон Бок и начальник генштаба сухопутных войск генерал-полковник Гальдер. Они считали, что вначале надо было только наступать на Сталинград, а затем на Кавказ. Но Гитлер предложил проводить обе операции одновременно.

К малоизвестным ошибкам Гитлера можно отнести то, что еще до французской капитуляции и ведения Францией переговоров с немцами о перемирии он не успел захватить ее морской флот. Основные боевые действия между Англией, Германией и Италией в 1940 г. развернулись в Средиземном море и Северной Африке. Этот бассейн для обеих сторон представлял собой важный стратегический объект. Для Англии жизненно важное значение имел короткий морской путь через Гибралтар и Суэц, а Италия должна была защитить свои колонии в Северной и Восточной Африке.

После получения Англией уведомления о намерении Франции заключить перемирие с немцами англичане приняли экстренные меры и 3 июля 1940 г. захватили все стоящие в портах Британии французские корабли. В их составе были линкоры «Пари» и «Курбе», 2 суперэсминца (лидера), 8 эсминцев, 7 подводных лодок — всего не более десятой части по водоизмещению. 90 процентов французских военно-морских сил оставались в портах Средиземного моря. Вооруженное сопротивление оказали экипажи только эскадренного миноносца «Мистраль» и подводной лодки «Сюркуф». Это косвенно подтвердило опасения англичан о том, что незахваченной частью французского флота могут завладеть немцы.

Правительство Франции после захвата немцами Парижа заключило с немцами перемирие, требованием которого была передача им французского флота.

Английское правительство решило опередить события и дало поручение командующему морским соединением «Н» уничтожить французские корабли, если не будет принято ни одно из условий предъявленного французам ультиматума. В этом документе на имя французского командующего морскими силами в Мерс-эль-Кебире и Оране предполагалось на выбор четыре варианта действий.

Первое: выйти в море и присоединиться к британскому флоту для продолжения борьбы до победы над Германией и Италией.

Второе: выйти в море с уменьшенными экипажами для следования в британские порты, после чего французские моряки будут сразу репатриированы, а корабли будут сохранены для Франции до окончания войны (за потери и повреждения предлагалась полная денежная компенсация).

Третье: в случае нежелания вообще допустить возможность использования французских кораблей против немцев и итальянцев, чтобы не нарушать перемирия с ними, выйти под английским эскортом с уменьшенными экипажами во французские порты в Вест-Индию (например, в Мартинику) или в порты США, где корабли будут разоружены и сохранены до конца войны, а экипажи репатриированы.

Четвертое: затопить корабли в течение шести часов. Британское правительство решило уничтожить французские корабли, если не будет принято ни одно из условий ультиматума.

Основная часть французского флота располагалась в гавани Мерс-эль-Кебире (побережье Алжира). В состав французской эскадры входили линкоры «Дюнкерк», «Страсбург», «Прованс», «Бретань», лидеры «Вольта», «Могадор», «Тигр», «Линкс», «Керсайнт» и «Террибль», гидроавианосец «Коммандант Тест». В Оране (несколько миль к востоку) находились эсминцы, сторожевики, тральщики и переведенные из Тулона недостроенные корабли.

Английская эскадра «Н» включала линейный крейсер «Худ», линкоры «Резолюшн» и «Вэлиент», авианосец «Арк Ройал», легкие крейсера «Аретьюза» и «Энтерпрайз», 11 эсминцев. Эскадра «Н» подошла к Мерс-эль-Кебиру утром 3 июля 1940 г. В 10.50 на эсминце «Фоксхаунд» был поднят сигнал: «В случае непринятия условий ультиматума адмирал Сомервилл не даст французским кораблям покинуть гавань». В подтверждение этого английские гидросамолеты в 12.30 сбросили на главном фарватере несколько магнитных мин. Но французские моряки не могли сдать корабли англичанам, так как это означало нарушение условия перемирия, и согласно немецкому ультиматуму может последовать пересмотр условий перемирия в сторону утяжеления условий для Франции.

Срок предупреждения командира английской эскадры истекал в 14 часов. В 13.11 на «Фоксхаунде» подняли новый сигнал, но французы его проигнорировали и приготовились к бою, с намерением выйти в открытое море. Линкорам было приказано построиться в колонну и выйти из гавани, так как в ней трудно было вести бой. В 16.54 раздался первый залп английской эскадры. В начале разгорелась перестрелка между линкорами «Резолюшн» и «Прованс», на котором открылась большая течь и начался пожар. Одновременно английский линкор «Худ» обрушился на линкоры «Дюнкерк», который был серьезно поврежден, и «Бретань», взорвавшийся, унеся с собой жизни 977 членов экипажа. Был также поврежден и потонул лидер «Мотодор», у которого сдетонировали 16 глубинных бомб.

Вырвался из гавани только линкор «Страсбург»» с пятью эсминцами и «Линкс» и «Тигр», а также шесть эсминцев из Орана. Англичане, удовлетворившись потоплением одного и повреждением трех линкоров и других кораблей, вернулись в Гибралтар.

Еще одной ошибкой Гитлера было пренебрежение ракетным оружием. Впервые его применили в 1944 г. Поскольку выпуск ракет Фау-2 задержался, то сперва приняли на вооружение самолеты-снаряды Фау-1, изготовленные в военно-морских силах. Начиная с первого их запуска в ночь с 12 на 13 июня 1944 г. и до захвата союзниками пусковых установок 6 сентября по Лондону было выпущено 8 тыс. Фау-1. Целей достигло только 29%. На объекты континента, главным образом на Антверпен, Брюссель, Льеж, гитлеровцы направили только 8 тыс. самолетов-снарядов.

8 сентября 1944 г. состоялся первый запуск ракет Фау-2. Главной целью оставалась Англия, затем порт разгрузки союзников — Антверпен. Несмотря на небольшую дальность стрельбы — 370 км, новое оружие оказалось непригодным для прицельного обстрела даже сравнительно крупных объектов. Вплоть до 27 марта 1945 г. — дня последнего пуска Фау-2 — немцы выпустили по Англии 1115 ракет, убив при этом 2,7 тыс. человек и ранив 6,5 тыс. человек. Так как Гитлер признал, что ракетное оружие не оправдало возложенных на него надежд и не стало «оружием возмездия», от него отказались.

В очень специфическом труде писателя Александера Бевина «10 фатальных ошибок Гитлера» (М: ЯУЗА; ЭКСМО, 2003) приводятся его проблемные ошибки, относящиеся к периоду Второй мировой и Отечественной войн. Все они представляют определенный интерес для обсуждения. К ним относятся следующие вопросы:

Почему Гитлер дал возможность англичанам в 1940 г. эвакуироваться из Дюнкерка?

Почему не высадился в Англии?

Почему не перекрыл советскую нефтяную дорогу жизни, всего лишь обойдя Сталинград?

Почему не сгладил Курский выступ?

Почему не поставил под контроль Средиземное море, не перерезав, таким образом, нефтяные артерии союзников?

Почему заморозил финансирование и создание почти готовых зенитно-ракетных комплексов?