Любовный роман работа над ошибками читать

Пролог

На циферблате электронного будильника красными огоньками высвечивалось время — пять тридцать утра. Время искренних молитв Богу. Время духовного и физического самосовершенствования. Время раннего подъема на работу. Время просыпаться больным от боли, которая чуть затихает ночью, но вновь разгорается к этому странному времени «икс». Время понтов для тех, кто хочет что-то для себя доказать.

Стасу не принадлежало почти ничего из этого списка. Может, лишь физическое и духовное это самое… Привычно вытянувшись на жесткой кровати, он проделал несколько легоньких упражнений. Следующие упражнения уже делались на прикроватном коврике, специально задуманном для этой цели. Все должно быть продуманно. Как на задании, как на войне. Иначе — не выживешь.

Ритуал самосовершенствования длился минут тридцать. А потом продолжался — на пробежке в парке. Завершал его контрастный душ и сытный завтрак, это уже не совсем совершенство, но все же — и Стас был готов к новому дню.

Пробежки в парке всегда были радостными для Стаса. Тяжелый рюкзак на плечи — и ты вновь как будто на учениях, и если хорошо постараться, можно представить себе…

Все давно в прошлом. Военные контракты. Соревнования. Жестокие противники. Множество травм — и душевных тоже. Теперь Стас — обычный обыватель.

В утреннем парке Стас редко встречал бегающих по утрам. Смелости Стаса многим недоставало. А ему так иногда хотелось, что называется, «нарваться»… на кого-нибудь такого же жестокого, и ощутить вновь дыхание и ритм борьбы. Никого. Не все так, как ты хочешь.

Правда, сам парк с внешней стороны с завидной регулярностью обегала одна дамочка. Таких про себя Стас сразу крестил «неудачницами» — пухленькая, в спортивном кафтанчике, который с чужого плеча. О косметике в шесть утра у нее на лице Стас не смел даже и мечтать.

Неудачница была презабавная. Пыхтела, сжимала губы, вытирала пот со лба и упрямо бежала, выдавая с головой свое полное неумение бегать на длинные дистанции. Ну какая это спортсменка? Так, худеющая… Стаса немного раздражала эта утренняя звезда. Она напоминала ему о людях, которые плохо умеют делать свою работу. Не бегай, если не умеешь. Или научись распределять дыхалку для начала. Тренируйся больше…

Ну вот, собственно, и мадам. Своей прекрасной персоной. Вот она затормозила резко и нелогично, сбив себе дыхание и ошеломив самого Стаса. Стас легко догнал ее. А она шнурки завязывает на кроссовках. Ну не глупая неудачница?

Стас так же легко обогнал мадам. Та лишь мельком глянула на Стаса — они встречались взглядом часто, на утренних пробежках, мадам знала его в лицо и не боялась угрозы. Несколько раз Стас замечал, что неудачница старается проложить маршрут как можно ближе к маршруту Стаса. Страхуется. Время раннее, рядом — никого. Все правильно. Стас одобрял данный маневр и иногда чуть кивал неудачнице — не больше. В первый раз лиц ее озарилось улыбкой. Но она быстро поняла, что к чему, и перестала улыбаться. С такими, как она, Стас знакомиться близко не будет.

Стас завернул за угол ограды парка и чуть не сбил ритм и дыхание — на его пути сидел щенок. Маленький, непонятного окраса, с разъезжающимися лапами и висячими ушками. Стас продолжал бежать на месте.

Щенок. Что с ним делать? Стас оглянулся, но это было лишним. Привычка подмечать все то, что тебя окружает, сохранилась еще с контрактов. Замечать, анализировать и собирать в модель окружающего мира. И Стас прекрасно знал, что собак в парке и ближайших районах теперь вообще не водится. Точнее, они были, но месяца три назад их всех переловили.

Щенок был не из породистых. Так, дворняжка овчаркинского окраса. Стас продолжил пробежку. Незачем останавливаться из-за такой ерунды. Много повидавший на войне, Стас и не такое оставлял за своей спиной. Чего там собак — убитых товарищей… И сентиментальность не завладела его душой после отхода от всех дел — Стас остался все таким же собранным и жестким. Ничего не изменилось с тех пор.

Стасу было плевать, что будет с псом. Он уже заворачивал по аллее направо, как боковым зрением заметил неудачницу, вновь резко затормозившую и вставшую около щенка. Ему захотелось вернуться и надавать ей по шее. Ну кто так бегает? Неужели не догадывается, что нельзя резко тормозить после бега? Да это же каждый ребенок знает, в любой книжке про диеты написано! Ну не глупая гусыня?

Стас почему-то замедлил бег, забежал за ограду парка и аккуратно выглянул из-за нее, сам не зная зачем.

Мадам стояла молча. Не сюсюкала, не улыбалась. Минута неподвижного стояния. Стас уже было решил, что ей плохо, и задумал выйти из укрытия, как неудачница нагнулась и подхватила щенка. Тот заскулил и засучил лапами, а мадам прижала его к своему старенькому спортивному костюмчику и потрусила в обратном направлении.

Стас продолжил пробежку, удивляясь человеческой глупости.

Он встречался с мадам не только утром; несколько раз он видел ее днем — она живет в соседнем доме, эти встречи неудивительны. Наметанный глаз Стаса вмиг оценил недорогие джинсы и кофточку, дешевенькую сумочку, мягкие туфли на плоской подошве — Стас и не знал, как такие называются. На лице мало косметики, и само лицо — уставшее и осунувшееся. Такие не живут припеваючи. На правой руке у нее не было колечка, но это ни о чем не говорило. С детьми он ее не встречал, хотя и это не говорило ни о чем, он ее вообще мало видел. Что еще? Этот тип классической неудачницы Стас почему-то особенно не любил. Такие ко всему прочему жутко правильные и чуть ли не гордятся сложившимся положением вещей. Бедные работницы бюджетных организаций, замужем, с любовниками или одинокие…

Стас продолжал бежать. Он ускорил темп, и лямки тяжелого рюкзака привычно врезались в плечи. Она небогатая. Скорее всего, одинокая. Зачем ей пес? Забрала, чтобы пристроить или отдать в приют для бездомных животных? Мадам потратит последние деньги (Стас готов был поспорить на свой бывший АК-47, что так и будет), чтобы устроить пса. Или — о, верх благочестия! — оставит себе. Кормить, гулять… Ну и ладно. Пес скрасит ее одиночество. Пусть неудачница все же будет счастлива.

Стас бежал и удивлялся себе. Года три назад — да нет, даже год назад! — он бы оставил эту досадую случайность без внимания. А сейчас — нет. Вот бежит и думает уже минут десять.

Мадам совершила благородный поступок, однозначно. Равнодушный Стас — равнодушная скотина. Это бесспорно по христианским заповедям, по человеческой морали и по всему тому, к чему Стас относился с недоверием. В юности он был идеалистом. Тренировки, контрактные войны, жестокие учения выбили напрочь всю благородность и веру в идеалы. Был закон выживания. Был закон товарищества и еще что-то высокое до боли, но Стас предпочитал в высоту не глядеть. Все остальное на войне отсеялось как наносное. Стас спокойно принимал себя гадом. Как написано в умных книгах? Познай себя? Стас познал до самого донышка. Он теперь знал, какой он трус, и как равнодушно может нажать на курок, спасая свою шкуру. Зачем тешить себя иллюзиями? Равнодушная скотина, и нет оправданий.

Читать дальше

Пролог

На циферблате электронного будильника красными огоньками высвечивалось время — пять тридцать утра. Время искренних молитв Богу. Время духовного и физического самосовершенствования. Время раннего подъема на работу. Время просыпаться больным от боли, которая чуть затихает ночью, но вновь разгорается к этому странному времени «икс». Время понтов для тех, кто хочет что-то для себя доказать.

Стасу не принадлежало почти ничего из этого списка. Может, лишь физическое и духовное это самое… Привычно вытянувшись на жесткой кровати, он проделал несколько легоньких упражнений. Следующие упражнения уже делались на прикроватном коврике, специально задуманном для этой цели. Все должно быть продуманно. Как на задании, как на войне. Иначе — не выживешь.

Ритуал самосовершенствования длился минут тридцать. А потом продолжался — на пробежке в парке. Завершал его контрастный душ и сытный завтрак, это уже не совсем совершенство, но все же — и Стас был готов к новому дню.

Пробежки в парке всегда были радостными для Стаса. Тяжелый рюкзак на плечи — и ты вновь как будто на учениях, и если хорошо постараться, можно представить себе…

Все давно в прошлом. Военные контракты. Соревнования. Жестокие противники. Множество травм — и душевных тоже. Теперь Стас — обычный обыватель.

В утреннем парке Стас редко встречал бегающих по утрам. Смелости Стаса многим недоставало. А ему так иногда хотелось, что называется, «нарваться»… на кого-нибудь такого же жестокого, и ощутить вновь дыхание и ритм борьбы. Никого. Не все так, как ты хочешь.

Правда, сам парк с внешней стороны с завидной регулярностью обегала одна дамочка. Таких про себя Стас сразу крестил «неудачницами» — пухленькая, в спортивном кафтанчике, который с чужого плеча. О косметике в шесть утра у нее на лице Стас не смел даже и мечтать.

Неудачница была презабавная. Пыхтела, сжимала губы, вытирала пот со лба и упрямо бежала, выдавая с головой свое полное неумение бегать на длинные дистанции. Ну какая это спортсменка? Так, худеющая… Стаса немного раздражала эта утренняя звезда. Она напоминала ему о людях, которые плохо умеют делать свою работу. Не бегай, если не умеешь. Или научись распределять дыхалку для начала. Тренируйся больше…

Ну вот, собственно, и мадам. Своей прекрасной персоной. Вот она затормозила резко и нелогично, сбив себе дыхание и ошеломив самого Стаса. Стас легко догнал ее. А она шнурки завязывает на кроссовках. Ну не глупая неудачница?

Стас так же легко обогнал мадам. Та лишь мельком глянула на Стаса — они встречались взглядом часто, на утренних пробежках, мадам знала его в лицо и не боялась угрозы. Несколько раз Стас замечал, что неудачница старается проложить маршрут как можно ближе к маршруту Стаса. Страхуется. Время раннее, рядом — никого. Все правильно. Стас одобрял данный маневр и иногда чуть кивал неудачнице — не больше. В первый раз лиц ее озарилось улыбкой. Но она быстро поняла, что к чему, и перестала улыбаться. С такими, как она, Стас знакомиться близко не будет.

Стас завернул за угол ограды парка и чуть не сбил ритм и дыхание — на его пути сидел щенок. Маленький, непонятного окраса, с разъезжающимися лапами и висячими ушками. Стас продолжал бежать на месте.

Щенок. Что с ним делать? Стас оглянулся, но это было лишним. Привычка подмечать все то, что тебя окружает, сохранилась еще с контрактов. Замечать, анализировать и собирать в модель окружающего мира. И Стас прекрасно знал, что собак в парке и ближайших районах теперь вообще не водится. Точнее, они были, но месяца три назад их всех переловили.

Щенок был не из породистых. Так, дворняжка овчаркинского окраса. Стас продолжил пробежку. Незачем останавливаться из-за такой ерунды. Много повидавший на войне, Стас и не такое оставлял за своей спиной. Чего там собак — убитых товарищей… И сентиментальность не завладела его душой после отхода от всех дел — Стас остался все таким же собранным и жестким. Ничего не изменилось с тех пор.

Стасу было плевать, что будет с псом. Он уже заворачивал по аллее направо, как боковым зрением заметил неудачницу, вновь резко затормозившую и вставшую около щенка. Ему захотелось вернуться и надавать ей по шее. Ну кто так бегает? Неужели не догадывается, что нельзя резко тормозить после бега? Да это же каждый ребенок знает, в любой книжке про диеты написано! Ну не глупая гусыня?

Читать дальше

Работа над ошибками

Кажется, в своем давнем прошлом я совершила непростительную ошибку. Какую спросите вы? Вышла замуж! Девушки не спешите познать «прелести» замужества в раннем возрасте. Погуляйте, выучитесь, взвешенно подойдите к выбору партнера и будущего отца своих детей. Я ошиблась и теперь расплачиваюсь, который век!

Как бы было прекрасно прожить пару столетий и умереть в окружении внуков! Мечты! У меня даже детей нет. Своих, во всяком случае. А вообще, мелких и не очень спиногрызов в моей жизни хватает.

— Учитель! Учитель!!! – вздрогнув отвлеклась и посмотрела на мелкого спиногрызика.

— Слушаю тебя, Аран. – ласково улыбнувшись, легонько растрепала светлые волосы ребенка.

— Там Сьюи упала и поранилась. Говорит идти не может, больно.

— Показывай.

Быть дежурным в детском доме это своеобразное испытание для нервов. Дети помладше лезут во все щели и на все что выше полуметра от пола. Собственно именно из-за большого количества мелких и довольно серьезных ран детскому дому и полагается маг или ведьма. Дежурство обязательное для всех имеющих силу. В большинстве своем сюда присылают студентов Академии в качестве наказания. Я же добровольно подала заявление на дежурство в вечерние часы.

— Сьюи, золотко, где болит? – малышка пяти лет от роду горько ревела сидя под раскидистым деревом во дворе. Видимо с него и совершила полет. – Сьюи! – м-да, успокаивать детские истерики я не умею. – Аран, позови леди Айяну ко мне в кабинет. – мальчонка стрелой убежал в дом. Я же взяв малышку на руки, прижала к себе ревущее «чудо». – Тише, тише, все будет в порядке. Вот сейчас придем в кабинет, я тебя напою вкусной и сладкой настойкой и больше ничего болеть не будет.

Вот повозишься с маленькими спиногрызами пару десятков лет, и своих уже как то не особо хочется. Хотя двести-триста лет назад я еще мечтала услышать искристое «мама». Пришлось закрыть все эти мечты глубоко в сердце за большими каменными дверьми.

— Шари, ты звала? – Айяна, заведующая детским домой, кругленькая, уютная, домашняя…пока ее подопечных не трогают. А вот если кто покусится на воспитанника, она превращается в злобную фурию, которой завидуют все ведьмы. Я тоже.

— Айя, скажи садовнику чтобы подрубил нижние ветки у деревьев. Сьюи уже шестая кто падает. – улыбнулась заботе с которой эта леди посмотрела на девочку. Своих детей им с мужем судьба не подарила. Вот и изливала она все нерастраченные чувства на чужих малышей. – Мне вскоре придется покинуть вас, поступило распоряжение отправить меня в Сольрену. Правда пока неизвестно насколько и по какому делу.

— Преподавать, дорогая. Патрик еще в начале недели предупредил об этом. Учти в первый выходной мы устраиваем прощальную вечеринку, без виновницы никак. – я вздохнула.

— Стоп! Но в Сольрене нет Ведовской Школы! И филиал вроде бы никто не собирался открывать, я была бы в курсе.

— Ты права. Школы нет, а вот Университет Магии и Ведовства там открыли двенадцать лет назад, вот туда-то тебя и отправляют. – новость упала как гранитная плита на могилку.

— Да ни что… — там же ОН! – Не поеду!

— Милая, на этом настаивал Повелитель Леса. Именно в случае твоего нахождения на посту преподавателя Университета он согласился отправлять своих подданных туда учиться. – подруга посмотрела на меня внимательным взглядом. – Ты когда последний раз его видела?

— Ну…лет сто назад. Ой, не смотри так на меня, неужели ты думаешь, что за это время он изменился? Уж если за прошедшие семь веков не изменился! – спокойная еще мгновение назад, я вспыхнула как сухостой в полдень. Вдохнув поглубже, задержала дыхание и выдохнула. – Прости, но это единственное что все еще может вывести меня из себя.

— Именно, моя дорогая. Тебе нужны эмоции которые ты растеряла за свою долгую жизнь. Вот и верни.

— Выхода нет?

— Нет. Под это дело они решили подписать еще парочку договоров, так что ты залог их исполнения. Его Величество очень уж воодушевлен. – фыркнув слегка улыбнулась. – Иди домой, я присмотрю за детьми, а тебе собираться надо.

Два дня прошли хлопотно. Когда застреваешь на одном месте более чем на три десятка лет, вещи имеют тенденцию накапливаться. Вот и получилось что помимо двух чемоданов с вещами, при этом большую часть я оставляла в доме, набралось еще и три сундука с редкими и нужными ингредиентами, инструментами и прочей атрибутикой ведьмы. А сколько я всего выкинула! Вот уж никогда бы не подумала, что сушеные пауки могут покрыться плесенью, а слюна василиска закристаллизоваться. Про порченые травы я вообще молчу, хороший такой стог получился.

— Ларесса Шарисса, подъезжаем.

Пришлось открывать глаза. Смотреть на место моего нового заточения не хотелось. Если я правильно помню, под университет наш король отдал один из древних дворцов. Красивое, но мрачное строение. К тому же территории тут подходящие, крупный город под боком, Заповедный Лес всего лишь в дне пути, и активный источник под зданием. Обучаются здесь все кому не лень. Люди, оборотни, гномы, теперь еще и эльфы будут. Орков почти нет, но у них маги редкость. Направлений три. Боевое, общее и ведовство. На третьем курсе выбирается специализация. На боевом это либо защитная, либо атакующая магии. На общем специализаций много, тут и бытовики, и артефакторы, и менталисты, и прорицатели. Ведовство же делится на ведьм и ведьмаков, гадалок, знахаров и зельеваров. Отдельно идет факультет целителей. Хм…вроде бы ничего не перепутала. Остается узнать куда меня запихнут.

— Добро пожаловать в Университет Магии и Ведовства. – передо мной, вышедшей из кареты склонился молодой парень. Лет так двадцати пяти. – Лорин Ару, ваш проводник по университету. Ваши вещи доставят в ваши комнаты. Так же вас ожидает ректор Ливенрель.